Февраль по природному газу с поставкой в Henry Hub США: почему ценовой диапазон расширился
Февраль традиционно считается одним из самых «нервных» месяцев для рынка природного газа. Погодный фактор по‑прежнему доминирует, но цена реагирует не только на фактические температуры, а прежде всего на ожидания: прогнозы, пересмотры моделей, риски перебоев добычи и инфраструктуры, динамику запасов.
Накануне февраля логично задать простой вопрос: насколько широко цена «ходит» внутри месяца и как часто февраль закрывается ростом — а как часто падением? Чтобы ответить на него, мы собрали статистику за 2011–2025 годы и посмотрели на три вещи: размах движения внутри февраля, направление месяца (плюс/минус) и то, насколько высоко цена поднималась от открытия до месячного максимума.
Почему важно правильно «склеивать» фьючерсы в природном газе и как считали статистику по движению цены
В газе легко получить «красивую», но неверную картину, если неправильно учитывать смену ликвидности между контрактами. Поэтому в расчётах мы используем модель ролловера по открытому интересу: как только максимальный открытый интерес переходит с февральского контракта на мартовский, дальнейшее движение мы оцениваем по мартовскому — то есть по действительно ликвидному инструменту.
Это нормальная и широко распространённая практика анализа товарных фьючерсов, которой придерживаются многие количественные участники рынка: для них ликвидность и сопоставимость временных рядов важнее «идеальной непрерывности» графика.
Что говорит статистика о феврале
1) Размах колебаний внутри месяца: «февраль — месяц диапазона»
Если смотреть разницу между месячным максимумом и минимумом, выраженную в % от цены открытия февраля, то средняя амплитуда за 2011–2025 годы составляет 19,7%, а медианная — 18,6%. Иными словами, «типичный» февраль — это почти двадцатипроцентный диапазон внутри месяца.
Экстремумы при этом существенно шире:
самый спокойный февраль за выборку 2019 год: 9,33%,самый бурный 2022 год: 35,62%.Особенно важная деталь: в последние годы диапазоны стали заметно шире. Средняя амплитуда в 2022–2025 годах — 29,9%, тогда как в 2011–2021 — 16,0%. Это почти двукратное расширение «нормы» внутримесячного движения.
(см. Диаграмму 1)
2) Рост или падение по итогу месяца: волатильность не равна росту
Высокая амплитуда не означает, что месяц обязательно закрывается ростом. В нашей выборке февраль чаще завершался снижением:
-9 раз падение против 6 раз рост (2011–2025),
-среднее изменение февраля: −4,03%,
медиана: −0,52% (то есть «скорее около нуля», но со смещением вниз).
Крайние значения:
худший февраль: 2016 год −24,18%,
лучший февраль: 2025 год +16,63%.
В последние годы баланс «плюс/минус» выглядит более равномерно (в 2022–2025: 2 роста и 2 падения), но цена при этом ходит шире — то есть «направление» стало менее предсказуемым, а диапазон — более устойчивой характеристикой.
(см. Диаграмму 2)
3) Насколько высоко цена поднималась внутри февраля
Если смотреть, насколько цена поднималась от открытия февраля до месячного максимума, картина такая:
-средний подъём до максимума: +8,03%,
-медиана: +3,82% (то есть чаще подъём относительно небольшой),
-рекордный подъём: февраль 2025 +30,96% от открытия до максимума.
При этом важно, что «хвосты» движения часто асимметричны: просадки к минимуму от открытия в среднем глубже, чем подъёмы к максимуму. Средняя внутримесячная просадка к минимуму в феврале за выборку −11,7%, а самые глубокие провалы достигали:
2024: −25,03%,2016: −24,18%.Это важный риск‑фактор: даже в «небольшой» по итогу месяц рынок способен вынести позиции внутри диапазона.
(см. Диаграмму 3)
Почему диапазон в последние годы стал шире
Важно отметить, что именно в последние годы природный газ чаще демонстрирует в феврале широкий диапазон движения. По нашей оценке, ключевой структурный фактор — то, что США закрепились в роли поставщика “маржинального” LNG‑потока в Европу. Это сделало рынок более глобальным и более чувствительным к цепочке событий: доступность экспортной инфраструктуры, логистика LNG, погодные аномалии по обе стороны Атлантики, темпы отбора из хранилищ, конкуренция за партии между регионами.
В зимний период, особенно в феврале, когда неопределённость по погоде и балансу сохраняется до самого конца сезона, даже небольшие изменения ожиданий способны быстро расширять диапазон движения. Поэтому февраль всё чаще превращается в месяц не столько “направления”, сколько “диапазона”.
Что это означает для практики и как использовать в трейдинге
Закладывать волатильность. Если исторически «типичный» размах февраля — порядка 15–25% от открытия, то в последние годы стоит быть готовыми и к движениям 30–35%.
Проверять момент ролловера. Ошибка в выборе базового контракта при смене ликвидности (когда рынок уже «живет» мартом, а аналитик продолжает смотреть февраль) может исказить выводы и по сезонности, и по реальному риску.
Отделять “диапазон” от “тренда”. Высокая амплитуда не гарантирует рост: в истории месяцы с большим размахом нередко закрывались снижением. Поэтому февраль — это в первую очередь месяц дисциплины, риск‑менеджмента и сценарного мышления.
