Наступление синтетических алмазов стало необратимым
Южноафриканская De Beers попала в грандиозный скандал - ее обвинили в тайной реализации алмазов со скидкой 10-20% к официальным ценам для узкого круга избранных клиентов.
В общем-то неудивительно: у De Beers накопились запасы драгоценных камней суммарной стоимостью 2 млрд долларов и итоги ее работы в январе-марте текущего года неутешительные - добыча алмазов обвалилась на 11,5% (относительно аналогичного периода 2024 года) до 6,1 млн карат, их продажи уменьшились на 3,2% до 4,7 млн карат.
Причем спад добычи драгоценных камней фиксируется почти во всех странах присутствия De Beers - в ЮАР она сократилась на 19,2% до 483 тыс. карат, в Ботсване - на 8,3% до 4,6 млн карат, в Канаде - на 40% до 389 тыс. карат. Исключение составила Намибия, в ней добыча фактически осталась неизменной на уровне 631 тыс. карат.
Плохие операционные результаты De Beers напрямую связаны с затяжной стагнацией спроса, проявляющейся в динамике индекса International Diamond Exchange, - он двигается вниз с марта 2022 года и сейчас находится в районе 94,4 пунктов. В свою очередь ослабление потребления природных алмазов обусловлено наступлением их искусственных аналогов, которому способствовала, как ни странно, сама De Beers: она давно занималась синтезом алмазов и долгое время не планировала приступать к их сбыту, не видя к нем особых перспектив. Ситуация изменилась в 2018 году, когда руководство De Beers наконец-то заметило, как искусственные камни набирают популярность, и было принято решение о выводе на глобальный рынок собственного бренда Lightbox. Реализация велась с приличными скидками с целью формировании в сознании покупателей разницы между природными и синтетическими алмазами.
Продажи шли в течение нескольких лет и в 2024 году De Beers заявила о прекращении их выпуска для изготовления ювелирных украшений, оставив лишь производство для промышленных целей. В качестве причины был назван обвал цен на искусственные алмазы и нанесенный ими ущерб (очевидно, имелась в виду luxury-индустрия).
Цены на них, действительно, на протяжении многих лет идут вниз и немудрено - технологии развиваются. На сегодняшний день алмазы синтезируются двумя способами - под большими температурой и давлением и химическим осаждением из газовой среды.
В-первом случае затравку вместе с графитом помещают в центр камеры, создавая в ней высокую температуру и давление. Под их воздействием графит плавится и осаждается на затравке, формируя кристалл.
Во-втором затравку также располагается в камере с большой температурой. В нее подаются водород и метан, и их смесь ионизируется. Атомы углерода «высвобождаются» из метана и слой за слоем присоединяются к затравке.
Обе описанные технологии постоянно совершенствуются и в настоящее время позволяют получать камни, практически идентичного качества с природными алмазами и подчас превосходящими их (в них нет бора, азота и иных примесей, влияющие на оптические свойства камней). Издержки же на их производство уменьшаются и в результате дисконт по отношению к природным алмазам уже достигает 80-85%, их доля на мировом рынке ювелирных украшений - порядка 20%.
Усиливающиеся предложение искусственных алмазов приводит к вытеснению природных и в сочетании с экономическими проблемами в Европейском Союзе, США и Китае, изменениями в предпочтениях разных поколений, избыточные запасы на складах гранильных предприятий Индии - к ослаблению спроса на камни, добываемые из недр.
Как следствие, ключевые игроки вынуждены урезать объемы добычи и сбыта алмазов. Впрочем, они продолжают надеяться на подъем потребления природных камней - слова о его близком наступлении не раз озвучивались их представителями и российская «Алроса» тому не исключение: в ней похоже искренне верят, что рост спроса не за горами и говорят о нем словно повторяя магическое заклинание.
В ее случае ситуация обстоит еще труднее, нежели у De Beers, - «Алроса» находится и под санкциями США, и Европейского Союза, и снимать их с нее явно никто не собирается. Вместе с тем «Алроса», вероятно, не восприняла всерьез бум синтеза алмазов и недавно ей пришлось объявить о приостановке разработки низкорентабельных месторождений и уменьшении добычи на 1 млн карат (ее план на 2025 год - 29 млн карат, для сравнения в 2022 году «Алроса» добыла рекордные 35,6 млн карат).
Теперь же масла в огонь подлило введение США базовых 10%-ных пошлин на ввоз товаров из всех стран, и еще придачу к ним индивидуальных, зависящих от конкретного государства, например, для ЮАР они были установлены в размере 30%, Канады - 25%, Индии - 26%, Израиля - 17%, Китая - 125%. Под них попали и драгоценные камни.
Пошлины стали подлинным ударом под дых всей глобальной индустрии по добыче алмазов. De Beers и остальные игроки попросту не смогут поднять цены - потенциальные клиенты вряд ли станут их покупать, имея альтернативу в виде дешевых синтетических алмазов. Аналогичным образом придется поступить и индийским огранщикам. Это в свою очередь способно вызвать разрыв складывавшихся десятилетиям логистических цепочек и дестабилизацию мирового рынка (по сути, она уже идет полным ходом - из-за американских пошлин застопорилась глобальная торговля алмазами и неслучайно власти Европейского Союза обсуждают возможность введения ответных 25%-ных пошлин на бриллианты, ввозимые из США). Объявленный в середине апреля 90-дневный мораторий на запуск в действие американских пошлин существенной роли не играет, он предоставил только небольшую передышку.
Но пошлины, установленные в США, способны придать мощный импульс развитию индустрии выращивания алмазов - их выпуск никак не связан с наличием в той или иной стране кимберлитовых трубок, для него определяющим является снабжение графитом (его можно при необходимости можно получить из нефти или угля) и природным газом.
Как следствие, емкость мирового рынка искусственных алмазов по итогам 2025 года вполне может достичь 17 млрд долларов против 14,5 млрд в минувшем году и к 2030 году выйти на уровень 30 млрд долларов. И будет неудивительно, если в ближайшие пять-десять лет мы увидим новости о банкротстве лидеров алмазодобывающей отрасли планеты - экспансия синтетических алмазов стала необратимой.
