В сегодняшнем отчете вы отразили, что операционные расходы за полугодие выросли на 39,7% — до ₽14,4 млрд. Можете подробнее раскрыть причины роста?

Мы масштабируемся, что уже приносит отдачу: операционные доходы за тот же период выросли быстрее — на 42,4%, до ₽38,9 млрд. Поэтому CIR не вырос, а снизился — до 36,9% (-0,7 п.п.).

За ростом расходов два фактора.

Первый — инвестиции в людей и технологии. В этом году банк активно внедряет ИИ: в портфеле уже 300 инициатив, скорость разработки выросла в 6 раз, а продуктивность сотрудников — вдвое.

Второй — обслуживание клиентской базы, которая выросла на 81%, до 5,8 млн активных клиентов. Это инфраструктура платежей, международные QR в 12 странах, переводы в 156 странах. Каждый из этих сервисов стоит денег, но генерирует комиссионный доход и удешевляет наше фондирование. Главный критерий — не абсолютная величина расходов, а сколько дохода приходится на рубль затрат. У нас этот показатель улучшается.

В отчете резко также контрастирует снижение капитала и рост прибыли. Не могли бы вы объяснить эту динамику?

Снижение квартал к кварталу (с ₽127,8 млрд до ₽126,2 млрд) объясняется одним событием — выплатой дивидендов по итогам 2025 года. Фактическая доля выплаты составила 31,9% чистой прибыли по МСФО — в рамках дивидендной политики 25–50%.

То есть капитал не "снизился несмотря на прибыль" — он снизился именно потому, что мы заработали и поделились с акционерами. После выплаты нормативы не пострадали, а выросли. Все нормативы — с запасом к регуляторным минимумам.

Прибыль 2 квартала уже восполняет дивидендную выплату. Капитальная позиция обеспечивает и запас для роста бизнеса, и возможность дальнейших выплат.

В своей презентации вы указали снижение доли POS (вид потребительского кредита, который оформляется прямо в магазине - MP) как одну из целей развития кредитных продуктов. Почему?

Мы не сокращаем товарное кредитование, а меняем его форму.

POS-кредит как формат уходит. Выдачи кредитов наличными и POS в 2025 году демонстрировали отрицательную динамику, а объем выдач BNPL (рассрочка, позволяющая забрать товар сразу, а отдать деньги за него в несколько этапов без переплаты и похода в банк - MP) уже втрое превысил POS. Клиенту удобнее рассрочка без переплаты, и мы идем за клиентом.

Экономика продукта тоже изменилась: привлечение через агентов и брокеров дорожает быстрее, чем растет доходность, и держать объем ценой маржи мы не готовы. Вместо этого мы развиваем BNPL в онлайне, офлайне, через приложение телеком-оператора.

POS уже теряет актуальность как отдельный крупный канал привлечения клиентов. Сегодня 74% новых клиентов приходят через дебетовые карты. А кредитная карта заняла место POS в клиентском сценарии: портфель кредитных карт составил ₽89,4 млрд, их доля в необеспеченном портфеле выросла до 35,3% — на фоне сокращения розницы в целом.

Вернемся к капиталу. Не будет ли рост высокодоходного кредитования создавать давление на него?

Отнюдь! Как вы могли заметить, мы нарастили долю высокодоходных продуктов, и достаточность капитала не упала, а выросла.

Давление на капитал создает не высокая доходность, а низкая. ROE полугодия 13,6%, во 2 квартале уже 17,6% – прибыль пополняет капитал быстрее, чем растет риск-взвешенный актив.

Главная защита — это доходы от транзакционных сервисов, которые капитала вообще не требуют: комиссионные, платежные транзакции, оборот корпоративных клиентов.

То есть текущего капитала достаточно, и необходимость в дополнительных мерах, например докапитализации, банк не видит?

Ужесточение регуляторных требований уже заложено в нашу финансовую модель с достаточным буфером. Докапитализацию не планируем.