«Мабскейл» завершила монтаж оборудования для производства АФС в промышленном объеме
Биотехнологическая компания «Мабскейл», входящая в «Озон Фармацевтика», завершила монтаж оборудования для производства биологических фармсубстанций в промышленном объеме
Промышленные линии, расположенные в ОЭЗ «Тольятти», позволят «Мабскейл» выпускать ежегодно до 1 млн флаконов лиофилизатов, 5 млн преднаполненных шприцев и более 4 млн флаконов стерильных растворов. Компания установила биореакторы на линии производства активных фармацевтических субстанций. Ранее в 2024 году «Мабскейл» осуществила полную реконструкцию участка готовых лекарственных форм. Общий объем инвестиций в установленное оборудование составил 0,8 млрд рублей.
Старт продаж первых биотехнологических препаратов компания планирует в 2027 году.
На сегодняшний день на различных стадиях разработки и регистрации у компании находится более 25 препаратов-биосимиляров (биоаналогов) на основе моноклональных антител и других рекомбинантных белков. Выбранные препараты представляют собой наиболее современные решения в области биофармацевтики и призваны обеспечить доступность эффективных методов лечения для широкого круга пациентов.
Подробности в нашем релизе
🏤 Мегановости 🗞 👉📰
1️⃣ Совет директоров ПИК $PIKK установил цену выкупа акций у миноритариев при делистинге в размере 551,4 ₽ за акцию — ранее компания называла 537,9 ₽, но скорректировала цифру из-за технической ошибки.
Цена установлена в требовании мажоритарного акционера АО "Активы недвижимости", владеющего 98% акций компании.
Вопрос о делистинге вынесен на внеочередное собрание акционеров 13 октября, дата определения владельцев акций для выкупа — 20 октября.
Повышение цены выкупа после исправления ошибки снижает риски судебных споров миноритариев с мажоритарным акционером.
🪙 Отчет «Полюса» (1П 2026). Когда ждать дивиденды?
Компания опубликовала урезанную отчетность по МСФО, скрыв ключевые детали (себестоимость, ОДДС). Формально выручка выросла, но реальные цифры настораживают.
Ключевые показатели:
· Выручка: +13,8% (до 352,7 млрд руб.) — рост обеспечен ценой, а не объемом.
· Прибыль: падение в 2,8 раза (до 61,2 млрд руб.).
· Долг: вырос на 15,8% (до 912,9 млрд руб.).
· Расходы: взлетели в 3,3 раза (до 259,3 млрд руб.), но это частично объясняется «бумажными» курсовыми разницами (год назад они давали +70 млрд руб. прибыли, сейчас, вероятно, убыток).
Почему выручка не взлетела при росте цен на золото в 1,5 раза?
1. Падение физического объема продаж золота на 20% (до 950 тыс. унций).
2. Укрепление рубля (средний курс 76,4 против 87 год назад), что съело часть валютной выручки.
Куда уходят деньги?
Отчетность не раскрывает детали расходов, что порождает главный риск. На фоне новостей о том, что крупный бенефициар (Керимов) жертвует средства на «поддержку экономики РФ», у инвесторов возникают обоснованные сомнения:
· Формально 46,35% акций переданы в Фонд исламских организаций (для защиты от санкций).
· В сети циркулируют версии, что это временная схема (с возможностью обратного выкупа по опциону), а реальное управление осталось прежним.
· При закредитованности почти в 1 трлн руб. и падении прибыли любые внеплановые «поддержки» государства за счет операционного денежного потока бьют напрямую по дивидендам и инвестиционной привлекательности.
Риски для инвесторов
1. Токсичная непрозрачность. Скрыта структура расходов. Инвестор не может оценить реальный денежный поток и качество прибыли.
2. Риск «Государственного кармана». Высока вероятность, что свободные средства пойдут не на развитие или дивиденды, а на финансирование инициатив, не связанных с деятельностью компании.
3. Долговая нагрузка. Рост долга на фоне сокращения прибыли увеличивает процентные риски. При сохранении высокой ключевой ставки обслуживание долга будет давить на маржинальность.
4. Разовое ухудшение vs тренд. Если текущий убыток от переоценки ПФИ и курсовых разниц — не разовый, а системный (из-за волатильности рубля), то прибыль будет крайне волатильной.
5. Корпоративное управление. Передача акций в фонд и отсутствие ясности по бенефициарам создают репутационные риски и риски блокировки активов (юрисдикционные).
В общем история с компанией становится все более "мутной". Держать такое в портфеле... А зачем?
Дивидендов не будет до 2030 года, и не факт что они появятся после. Тем более что компания уже непонятно для кого и чего, но явно не для акционеров.
@pensioner30
💰 Разбираемся с внебиржевыми (OTC) и высокодоходными (ВДО) облигациями
Начинающие инвесторы часто путают понятия ВДО и OTC, считая их едва ли не синонимами. На самом деле между ними нет практически ничего общего, ведь они отвечают на совершенно разные вопросы.
Разница простая: ВДО — это характеристика самого инструмента, а OTC — это лишь способ его покупки.
Когда мы говорим про высокодоходные облигации (ВДО), мы оцениваем доходность и риски компании-эмитента. Это бумаги бизнеса с не самым высоким кредитным рейтингом, который привлекает деньги под повышенный процент. Купоны по таким облигациям обычно выше, чем у топовых компаний с рейтингом А или ААА. При этом подавляющее большинство ВДО прекрасно торгуется на обычной Московской бирже, и купить их можно в пару кликов через стандартное приложение любого брокера.
Внебиржевой рынок, или OTC (Over-The-Counter), — это совсем про другое. Это не тип ценной бумаги, а механика проведения сделки, когда покупка или продажа происходит напрямую между участниками мимо публичного биржевого стакана. На внебиржевом рынке может торговаться абсолютно любой актив: от государственных ОФЗ, которые крупные фонды перепродают друг другу миллиардными лотами, до замещающих облигаций, заблокированных бумаг или акций компаний без биржевого листинга. Здесь основные нюансы упираются в высокий порог входа и низкую ликвидность.
⚡️ На внебиржевом рынке часто торгуются специфические и высокорисковые инструменты, недоступные массовому инвестору. Из-за этого у многих сформировалась ошибочная ассоциация: раз внебиржа, значит, что-то рискованное и с высокой доходностью.
Для понятной навигации запомните простую формулу: термин ВДО отвечает на вопрос, сколько и за какой риск вам заплатят, а термин OTC — на вопрос, где и каким образом проходит сама сделка.