Российский банковский сектор столкнулся с крупнейшим структурным дефицитом ликвидности с марта 2022 года. По данным РБК со ссылкой на статистику Банка России, к 13 августа разница между задолженностью банков перед ЦБ и средствами, размещенными ими у регулятора, превысила 2,7 триллиона рублей.

Еще в начале 2026 года дефицит составлял около 587 миллиардов рублей, однако весной начал быстро увеличиваться. С апреля показатель превысил 1 триллион рублей, а в июле и августе колебался уже в диапазоне 2–2,7 триллиона рублей. Данные Банка России подтверждают ускорение дефицита: например, на 21 июля он составлял 2,355 триллиона рублей, на 27 июля — 2,268 триллиона рублей.

Структурный дефицит ликвидности означает, что банковской системе в совокупности требуется больше средств от Банка России, чем она размещает у регулятора. Сам по себе такой показатель не означает банковского кризиса или нехватки денег у отдельных кредитных организаций: речь идет прежде всего о балансе ликвидности всей системы и объеме операций банков с ЦБ. Банк России прямо определяет этот показатель как разницу между требованиями регулятора к банкам по операциям предоставления ликвидности и его обязательствами перед ними по депозитам и облигациям с учетом обязательных резервов.

Главный экономист «Т-Инвестиций» Софья Донец отмечала РБК, что тема дефицита уже активно обсуждается среди институциональных клиентов и внутри банковского сообщества. Ранее на проблему ликвидности также обращали внимание представители крупнейших банков.

Нынешняя ситуация заметно отличается от начала 2025 года. В августе прошлого года банковский сектор еще находился в состоянии профицита ликвидности: средний показатель за период усреднения обязательных резервов составлял около 1,2 триллиона рублей профицита. К январю 2026 года система уже перешла к дефициту примерно на 690 миллиардов рублей.

Рост дефицита может усиливать конкуренцию банков за средства клиентов. Когда свободной ликвидности становится меньше, кредитным организациям приходится активнее привлекать депозиты бизнеса и населения либо занимать у ЦБ, что может замедлять снижение ставок по вкладам даже при постепенном смягчении денежно-кредитной политики.

Для кредитного рынка это также означает более жесткие условия фондирования. Банкам становится дороже быстро наращивать выдачу кредитов, поэтому структурный дефицит способен частично сдерживать кредитную активность и усиливать эффект высокой ключевой ставки.

При этом текущие значения еще не говорят о повторении кризисной ситуации марта 2022 года. Тогда дефицит ликвидности возник на фоне резкого рыночного шока и массового спроса населения на наличные. Сейчас переход к дефициту происходит постепенно и в условиях работающей стандартной системы предоставления ликвидности Банком России.